FESOR
Страшно справедливый главадмин, контролирующий всех и вся.
Связь: гостевая, личные сообщения
CROWLEY
Повелитель сюжета и адепт квестоплёства.
Связь: ICQ - 612918876
MEG MASTERS
Надзиратель кодов и доставитель дизайна.
Связь: ICQ - 200987614, Skype - bullet-for-colt
FELICIA FOUX
Неординарный координатор игрового процесса.
Связь: гостевая, личные сообщения
LOUISA
Блистательный мастер игры.
Связь: Skype - koruna86
ASTAROT
Куратор квестов и составитель тем с историями штатов.
Связь: гостевая, личные сообщения

|Самая Сверхъестественная Ролевая Игра|

Объявление





События:
Спустя год после открытия Чистилища мир сотрясает новая череда катастроф. За происходящим стоят существа, многие годы проведшие за стенами Бездны. Теперь опасность угрожает не только людям, но и демонам, и даже Небесам. Спасение кроется под тоннами песка – утерянное тысячи лет назад Слово Божье поможет пролить свет на происходящее.

Основное время игры – 2011 год



EDELINE |
Эделин ненавидела, когда ее персону в какой-то момент резко выдвигали на передний план. В основном такое случалось лишь с той целью, дабы заставить девушку испытать неудобство, или же просто застыдить за отсутствие прилежности и покладистости. Но, если с первым пунктом у жестоких смертных все складывалось более чем удачно, то наличие второго все же заставляло Бархэм забыть о терпении и выпустить наружу зверя, который и без того засыпал, как казалось самой вампирше, лишь на жалкие часы, если не сказать, что и вовсе на мгновения.©
DANIELLA |
Музыка. Иногда это чувство просто не поддается описанию. Когда стоишь посреди танцпола, двигаясь в такт и забывая обо все. Одна мелодия сменяет другую, а ты совсем ничего не замечаешь. Сердце бьется так сильно, что, кажется, будто тебя накачали наркотой, но на самом деле это просто эмоции. Эмоции, которые усиливаются, когда ты танцуешь. Когда сливаешься с музыкой воедино. Ты словно попадаешь в другую вселенную, где неважно, какая у тебя профессия, статус или положение в обществе. Важен лишь ты сам. Не зря люди придают танцам такое большое значение. В нем всегда можно выразить чувства.©
CAREN
Бросив работу в Британике и начав охотиться, я в полной мере распробовала все прелести работы с мужиками: с ними можно много есть и не думать о том, что кто-то предъявит тебе за пренебрежение к фигуре, можно тупо шутить и не ощущать себя дурой, потому что мужчины чаще всего шутят ещё хуже. К тому же не обязательно было причесываться и красить лицо, чтобы сравнится или хотя бы сровняться красотой с коллегами…в основном потому, что обычно мои новые коллеги были не бриты, и спасибо, если зубы чистили чаще чем разок в неделю.©

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » |Самая Сверхъестественная Ролевая Игра| » Countries & cities » 2.07.2009, Belial & Anarasel, Moscow, RU


2.07.2009, Belial & Anarasel, Moscow, RU

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

...тут воюют не хорошие с плохими, тут бьются за власть, а такие войны, однажды начавшись, долго не кончаются.
http://i.imgur.com/hjV3wxN.gifhttp://i.imgur.com/KeiGiwk.gif
http://i.imgur.com/EZcJUwm.gifhttp://i.imgur.com/M8pKfBI.gif

1. Место и время отыгрыша.
Россия, город Москва, Московский международный деловой центр «Москва-Сити» - 2 - 3 июля 2009 года.
Русское царство, город Москва, далее Александровская слобода - 3 июля ± неделя 1568 года.
2. Участники.
Велиал - архидемон
Анаразель - демон-поисковик
Бельфегор - демон, бывший сподвижник Велиала, падший ангел в чине начал.
+ некоторые исторические персоны:
Иван Васильевич - царь и великий князь
Елисей Бомелиус - лейб-медик царя Ивана Грозного
Мария Темкрюковна - вторая жена Ивана Грозного
Фёдор Алексеевич Басманов - царский кравчий
а так же Малюта Скуратов, разбойники, опричники и т.п.

3. Суть отыгрыша.
В обмен на некую крайне нужную вещь демон Оливер, занимающийся скупкой и перепродажей артефактов, просит Анаразель ограбить хранилище, располагающееся в MМДЦ «Москва-Сити» под башней "Федерация". В этом хранилище один коллекционер спрятал странные часы Бомелиуса, принадлежавшие лейб-медику самого Ивана Грозного. В ночь на третье июля она проникает в хранилище и всё бы ничего, но его услугами пользуется и Велиал.
Что будет дальше - читайте ниже  :yep:

примечания:
● Образ Ивана Грозного (да и всех остальных исторических личностей тоже) может быть недостоверен исторически. Что-то мы взяли из фильма Эйзенштейна, что-то из книг, что-то из самых-самых клюквенных стереотипов о царе и его правлении. Всех, кто трепетно относится к истории и знает её, просим проще относиться к отыгрышу. Мы тоже знаем историю, но сделали уступки в пользу художественности и увлекательности нашей истории.
К тому же, единого мнения по поводу той эпохи нет даже у историков.
● О Бомелиусе здесь: http://oko-planet.su/history/historysng … znogo.html
● Действие происходит под башней "Запад", строительство которой закончилось в 2008 году.

Отредактировано Mr. SPN (20.08.15 19:42)

+1

2

Annie are you ok?  So, Annie are you ok? Are you ok, Annie?
О, как она была в порядке!* Анаразель сжимала в руке латунное «нюрнбергское яйцо». Эти приятно увесистые в ладони часы не пощадили ни время, ни владельцы. Колечко-бигель было перекручено: вероятно, «родная» цепочка была утеряна, а новые не задерживались то ли под влиянием моды, то ли по неряшливости хозяев. Крышка открывалась от едва ощутимого прикосновения к ней – защёлка была только для виду. Демоница осторожно открыла брегет (хотя, вряд ли этот механизм можно так назвать, потому что он старше первого в мире брегета лет на сто как минимум). Циферблат был совершенно непохож на все те, которые девушке доводилось видеть. На нём было несколько кругов, с римскими цифрами, знаками зодиака, фазами луны и ещё десятком незнакомых символов. Энтузиазм Ани как-то резко поутих.

Когда демон обращается к торговцу всяким сверхъестественным барахлом, он должен быть готов к бартеру во всех его видах. Деньги долой! Ты мне – я тебе. Но к такому слугу Асмодея жизнь явно не готовила. Прощелыга отверг презренные бумажки и потребовал оказать ему услугу особого рода. Ну, как потребовал. Заветная вещица была прямо у Оливера в руке, он с явным удовольствием лапал её своими ручонками, хотя вряд ли имел хоть малейшее представление, как с ней обращаться. Не скрывая злорадства, барыга попросил принести ему часы Бомелиуса, которые хранились у какого-то русского коллекционера. Стоит упомянуть справедливости ради, что он снабдил Анаразель минимумом информации. Только кого обрадует такая информация, а?
Часы находились в специальном хорошо (по демоническим меркам хорошо!) охраняемом хранилище, которое располагалось под одним московским небоскрёбом. «И что в этом трудного?» - спросите вы. Всего-то вселиться в коллекционера и забрать часы из своего хранилища – плёвое дело на сутки. Но не такова была Ани, чтобы идти коротким и простым путём наименьшего сопротивления. Башня «Федерация» бросала ей вызов. 14 тысяч кубических метров бетона повышенной прочности, отлично оснащённые и подготовленные сотрудники хранилища, и самая новая система охраны, нашпигованная всевозможными датчиками давления, температуры, влажности и движения. Не взять такую недотрогу штурмом? Пф, да бросьте. Ани подошла к этой задачке со всем своим рвением и воображением. Конечно, одна бы она не справилась, что греха таить. Ей помогли трое башковитых и рукастых русских парней, которые вместо простых хобби типа рыбалки и домино предпочитали вскрывать банковские сейфы. 
Крупный перебой с электричеством во всей башне «Запад» - и хранилище переходит на собственные генераторы, а двери автоматически закрываются до возобновления подачи энергии. Грабители перекрывают все каналы связи с остальным комплексом, и невскрываемый сейф превращается в могилу для всего живого внутри. Система вентиляции выключается через две минуты после включения генераторов – парни же башковитые, правильно? В замкнутом пространстве поднимается температура, влажность и уровень углекислого газа. Чтобы не задохнуться, охрана в срочном порядке перезагружает охранную систему, чтобы ликвидировать сбой.
А что же демон? Между вором и его целью остаются только сложносконструированные двери, которые открываются телекинезом. Есть время, чтобы пройти в нужный отсек, забрать часы и вернуться к своим напарникам, чтобы свернуть им шеи. Никакой крови, никакого насилия.

Красивые часики, мне нравятся. Ты действительно хочешь обменять их? Ани закатила глаза. Иногда эта шкурка просыпается совсем невовремя. Как сейчас, например.
- Снова ты. Сорри, ты и твой сарказм немного невовремя. Я тут грабить пытаюсь.
У кого воруешь?
- Китти, я на полном серьёзе, не время для болтовни, - огрызнулась демоница, пытаясь разобраться в знаках, нанесённых на тонкие золотые пластины циферблата.
Ты вот ЭТО хочешь украсть? Думала, ты шутишь. Это ж рухлядь.
- Если умные книги не врут, то это очень крутая рухлядь, белочка моя, - тонкие пальники девушки нажали какой-то крючочек, и сбоку выскочил заводной механизм. Как тут не завести эти часы, когда они сами так вежливо предлагают сделать это с ними?
Ани четыре или пять раз повернула крохотное колёсико, и механизм издал тонкий металлический звук, похожий на звон сорванной пружины.
Доломала!
- Закрой рот, я тебе говорю! – рявкнула Анаразель и резко обернулась к приоткрытой двери.
В пустом просторном коридорчике гулко раздавались тяжелые шаги. Неужели эти идиоты не дождались её и решили сами поглазеть на хранилище? Сверхъестественное чутьё стало резко подавать сигналы присутствия чего-то из разряда «большое чёрное и гудит». Это не человек, совсем не человек! Ани быстро захлопнула часы и сжала их в руке. Медленно и неслышно, насколько это было возможно, демоница прижимаясь к стене, прокрадывалась к двери. Шаги по ту сторону прекратились. Воцарилась хрупкая тишина, которую нарушали только биение сердца самой воровки и панические попискивания её человечка, которые, слава Люциферу, никто услышать не мог.

* Игра слов. Строчка из песни «Smooth Criminal» Майкла Джексона, в которой имя жертвы созвучно с именем Ани (:

Отредактировано Anarasel (22.08.15 01:45)

+3

3

внешний вид

В ресторане Sixty на 62-м этаже башни «Запад» царила приятная расслабляющая атмосфера, что для респектабельных ресторанов подобного уровня довольно редко. Главной его изюминкой, не в обиду хорошей кухне и качественную обслуживанию, был прекрасный вид на ночную Москву. Она раскинулась яркими всполохами огней, неоновой подсветкой и прожекторами, практически у ног посетителей. Ненавязчивый мягкий лаунж, приглушенный белый свет, полы из драгоценной итальянской оливы – Велиал предпочитал именно такую ненавязчивую роскошь.  Деловая встреча подходит к концу, и бизнесмены, расслабленно откинувшись на мягкие спинки своих кресел, вяло перебрасывались фразами. Стрелки часов приближались к полуночи, можно сказать, что сегодняшний день прошел продуктивно, а потому настроение у него было благодушно спокойным.
Под дробное перестукивание каблучков к нему спешит миловидное создание на вид 26-ти лет. На ее отглаженной синей форме блестит значок сотрудницы хранилища, под ним висит бейдж, который гласит, что эту нимфу зовут Виктория. Остановившись возле их столика, девушка выжидающе смотрит на архидемона, и, вежливо улыбнувшись, интересуется:
- Нам сообщили, что вы хотели посетить хранилище?
Велиал небрежно достает из внутреннего кармана портмоне, бросает несколько купюр на тарелку, затем лениво, взглядом знатока оценив фигуру особы, поднимает глаза и смотрит ей в лицо.
- Именно, - он отодвигает кресло – собеседники так же встают, пожимают ему руку, прощаясь, - и следует за девушкой.
По пути они посетили офис, где Велиал заполнил необходимые бумаги, после чего охранник провел его к лифту, который спустит его прямо к хранилищу. Уже знакомая ему Виктория, используя свою ключ-карту, открыла массивные стальные двери, а Велиал про себя отметил, что в этой организации заботятся не только о безопасности, но и о внешнем виде.
Уже у входа в сам сейф случилось кое-что странное. В хранилище резко погас свет, и на них упала полная тишина, угрожающее безмолвие которой не нарушал даже шум вентиляции. Велиал поначалу не стал беспокоиться, потому что, будучи владельцем небоскреба в центре Нью-Йорка, приблизительно представлял себе количество оборудования в этой башне, которое решает такие проблемы. Так что волноваться не нужно. Через несколько минут раздался тихий щелчок, вновь загудели лампы и почувствовался приток свежего воздуха из вентиляционной системы. Массивная входная дверь плавно отъехала в сторону.
Первое, что увидел Велиал – тело одного из охранников, лежащее прямо у выхода. Юное создание в синем вскрикнула, но тут же взяла себя в руки, и начала нажимать на большую красную кнопку сигнализации. Судя по тому, что ничего не происходило, и чем дольше ничего не происходило, тем нервознее была Виктория, становилось очевидно, что и внутренняя связь не работает. Это так же подтвердило отсутствие сети в iPhone.
- Поднимитесь наверх и сообщите о происшествии, - нетерпящим возражений тоном обратился к ней Велиал. – Я проверю свою ячейку. Идите!
Девушка немного посопротивлялась, но через несколько секунд скрылась в лифте. Первым делом падший осмотрел охранников, но вопреки ожиданиям ни у одного из них не нашлось травм или следов борьбы, они всего лишь были без сознания. Их привели в негодность либо с помощью какого-то газа, либо понизив давление. Здесь действовал профессионал, цель которого - взять что-то из хранилища, без лишнего шума и крови. На экране с камер наблюдения было видно, что один из отсеков открыт, значит, вор еще здесь. Почему бы не посмотреть, кто этот несостоявшийся воришка?
Слишком громок каждый его твердый шаг, который эхом разносится по пустому коридору. Возле вскрытой двери Велиал стал невидимым, чтобы не выдавать свое присутствие заранее, и проскользнул в помещение. Уж кого он здесь точно не ожидал увидеть, так это Анаразель. Что здесь потеряла слуга Асмодея? Она пошла сюда по собственному желанию или это приказ хозяина? Падший решает немедленно выяснить это.
Он подошел к ней, явно наслаждаясь происходящим. Девчонка была испугана. Навряд ли она могла себе представить, что меньше чем в полуметре от нее стоит самый страшный ее кошмар. Велиал хватает ее за горло, впиваясь пальцами в кожу, открывает от земли, и снимает с себя невидимость.
- И что ты тут забыла?
Естественно отвечать никто не собирался. Он почувствовал толчок такой силы, что отлетел к противоположной стене, и, покачнувшись, не смог удержаться на ногах. В это время мерзавка успела дать деру. Догнав Анаразель практически возле самого выхода, он хватает ее за плечо, резко дергая на себя, и заставляет повернуться. Тупая резкая боль пронзает висок, от неожиданности Велиал хватается за голову и выпускает демоницу. Пальцы наткнулись на что-то влажное и теплое. Мужчина с удивлением взглянул на собственную кровь.
Эта шавка его ранила.
Все благодушное настроение провалилось в кипящую бездну недовольства, перерастающего в гнев. Такое невежливое обращение с ним чревато. Более того нахалка судя по всему собиралась его добить.  Падший перехватил занесенную руку, впившись пальцами в  запястье и с силой выкрутив, развернув демоницу к себе спиной. Он причинял ей максимум боли и не давал пошевелиться. И поэтому пропустил удар в переносицу, а уже оглушенный был опрокинут с помощью подножки. Падение на бетонный пол отдалось болью во всем теле, что не помешало перехватить ногу Анаразель и со всей силы впечатать ее спиной в пол. Архидемон крепко прижимал демоницу к полу, не позволяя вырваться. В откинувшейся в сторону руке он заметил старинные часы, которыми, судя по всему, она и ударила его в висок. На крышке он разглядел пару знакомых символов. Подняв часы за цепочку, Велиал разглядел их с интересом, после чего обратился к барахтающейся Анаразель:
- Это что за херня?

Отредактировано Belial (23.08.15 02:24)

+3

4

внешний вид.

Падший не отпустит свою любимую добычу подобру-поздорову. А сама Анаразель упустила свой шанс, когда решила, что ей по силам вырубить противника, что в разы сильнее. Сверх всякой меры бушевал в крови адреналин, слишком уж хотелось поиграть в Итана Ханта. Прошлые игры с Велиалом закончились пленением в Айдахо и демо-версией «Пилы». На что можно рассчитывать теперь, когда архидемон зол, лучше и не думать.
Пока архидемон разглядывал часы, обмотанные за цепочку вокруг запястья Ани, та осторожно, чтобы не привлечь его внимание, с помощью телекинеза свободной рукой вытаскивала из ножен на голени «Вишню»*.
- Это что за херня?
- Это часы, что не видно? Тогда глаза разуй! – рявкнула демоница, бесполезно дёрнувшись в попытке освободиться. Велиал – здоровый и тяжелый мужик, и если в непосредственной схватке ловкость и скорость могли спасти от неминуемой гибели, то сейчас, распластанная под тушей, она была беззащитна.
Анаразель изо всех своих демонических сил, отталкивала наваливающегося врага, с ужасом отворачивая лицо от его раскалённой ладони. Конечно, ему мало покалечить надоедливую девчонку, надо ещё и изуродовать, чтобы другим наглецам было неповадно. О том, что её просто-напросто собираются испепелить и ссыпать в совочек московской клининговой кампании, девушка впопыхах не думала. Она пыталась дотянуться до ножа и одновременно заткнуть верещащую внутри дурёху. С каким удовольствием Ани отдала бы Китти на растерзание Велиалу – словами не передать. Но, увы, им и спасаться, и подыхать суждено вместе. Сейчас демоница выбрала жизнь. Неточным (глазки-то закрыты!) движением рука всадила лезвие в архидемоническую плоть по самую рукоять. Мужчина взвыл, как дикий зверь, и выпустил Анаразель из своих медвежьих объятий. Та вскочила на ноги и от души ударила Велиала своим тяжелым ботинком прямо в живот. Но в следующую секунду телекинетическая сила подхватила её, будто какую пушинку, пронесла через весь коридор и шмякнула об дверь одной из ячеек. Ани рухнула на пол и застонала. В теле, наверное, не осталось ни одной целой косточки.
Сквозь туман и боль, наливающие голову невыносимой тяжестью и гулом, девушка расслышала опасные медленные шаги. Чтобы не дать архидемону покончить с ней, она вцепилась в ручку двери и подтянулась всем телом, балансируя на ватных ногах. Зал хранилища сейчас был больше похож на каюту корабля, который попал в суровую бурю, - качался из стороны в сторону, вызывая дурноту. Анаразель впервые тошнило от этого мира. Она мотнула головой один раз, другой, смахивая морок, а потом увидела бордово-чёрный силуэт Велиала. Демоница стряхнула бронзовую цепочку с запястья и сжала часы в руке, не заметив их нежного мелодичного перезвона. Ещё одного раунда она не выдержит, а переместиться отсюда не получалось – слишком много вокруг железа, к тому же падший как-то подавлял её способности. Быть рассечённой надвое или увековеченной в бетоне – как вечный памятник идиотизму – не входило в планы Ани. Она пошла в лобовую атаку. Рванула с места и протаранила здоровенного мужчину, обхватив за пояс.
Неожиданное чувство охватило всё тело демоницы. Сперва стало легко-легко, а позже каждую клеточку просеяли через мелкое сито и собрали заново. Это было не что иное, как перемещение. Но какого..?
Яркий солнечный свет ослепил девушку, а потом её тело упало на Велиала. Тот почему-то схватил её за плечи, и они покатились в глубокий кювет.
- Что ты делаешь?! – завизжала Ани, но крепкая жесткая ладонь архидемона накрыла ей рот. Демоница вцепилась в кожу зубками, застучала по его груди кулачками, но тут же  заметила – часов в ладони  не было. Выскользнули при перемещении? Упали в высокую сочную травку где-то поблизости? Когда хватка ослабла, предчувствуя самое ужасное Анаразель выбралась на дорогу.
Впереди, куда-то в сторону леса, подняв облако пыли, скакал конный отряд в чёрном. А распотрошённые смятые под копытами часы лежали в двух метрах, разбросав шестерёнки вокруг.
- Да еб*сь оно всё!! – закричала Ани, хватаясь за голову. – Ты чё творишь, придурок?! – в бессильной злобе демоница схватила с дороги горсть земли и камушков и кинула в выбравшегося из высокой травы мужчину. – Это были часы, которые умеют переносить во времени! Слон! Увалень стероидный!

Не хочу отвлекать вас от очередной ссоры, но где здесь взять талончик, чтобы открыть Москву для иностранцев, а не для провинциалов?
- Боже, и ты тут! Что тебе?!
Оглянись вокруг.
Песочно-бежевая лента дороги стелилась до самого горизонта. По обе руки от неё зеленели поля, вдали стоял лесок. Воздух был свеж и чист, а полуденное солнышко уж через пару минут припекло макушку. Это никак не было похоже на Москву. Даже на Подмосковье не было похоже.
- Веееел, - проблеяла Анаразель, - а где Москваааа?..

* «Вишня» - боевой нож, стоящий на вооружении советских и российских подразделений с 1943 года.

+3

5

Острые камешки впивались в спину даже через пиджак. Раненное плечо отозвалось на падение резкой болью, на какое-то время рука онемела. В глаза ударил яркий солнечный свет, ослепляя. Велиал услышал нарастающий топот копыт: судя по звукам, в его сторону приближалась группа всадников. Сверху на него, как божья кара, свалилась Анаразель. С каким бы удовольствием он оставил ее на дороге, но расправиться с ней хотелось самому. На раздумье не оставалось времени, Велиал предпочел скатиться по жесткой земле в траву, нежели быть растоптанным конями. И все же ему удалось разглядеть проезжавших: не смотря на довольно жаркий денек и припекающее солнце люди были затянуты в черное сукно, по душному полуденному мареву растекался сладковато-гнилостный запах собачьих голов, привязанных к седлам. По этим очевидным признакам Велиал узнал «псов царя» и резко закрыл рот верещащей Ани, чтобы та ненароком не выдала их. Кроме того, от его внимания не ускользнуло тяжелое вооружение воинов – они явно спешили на расправу. От возможной угрозы архидемона отвлекла угроза прямая – в ладонь разъяренным хомяком впилась эта истеричка. Как только стих шум кавалькады, падший стряхнул с себя Анаразель.
Неторопливо отряхиваясь, Велиал поднялся на дорогу и огляделся. Настораживал нетронутый вид раскинувшегося перед ним пейзажа. Опять же, дорога, на которой они стояли, мало чем была похожа на современную. Конечно, архидемон слышал о двух проблемах России, но он пока еще был в своем уме и отличал эту дорогу от любой другой. Ко всему прочему воздух вокруг был полон свежести: ни тебе выхлопных газов, ни привычных для современного человека химических примесей. По привычке архидемон предположил, что это все съемки, но подобную мысль быстро отверг. А вот вторая его теория, о том, что они попали в прошлое, находила себе подтверждение. В то время, пока он пытался понять, что с ними случилось, истерика Анаразель набирала обороты. В его сторону полетели земля и мелкие камешки, а визгливый голос ввинчивался в уши, вызывая легкую головную боль.
- Да еб*сь оно всё!! Ты чё творишь, придурок?! Это были часы, которые умеют переносить во времени! Слон! Увалень стероидный!
Только теперь архидемон, чувствуя, как холодеет нутро, вспомнил о часах. Он поднял их с земли, поддел ногтем крышку, но та, издав предсмертный скрип, отвалилась. Было очевидно – ремонту брегет не подлежит.
Итак, если собрать воедино все факты, то итог выходит неутешительный. Когда Велиал вошел в хранилище, Анаразель уже провела какие-то манипуляции с часами. Они были в рабочем состоянии: многочисленные стрелки на циферблате двигались в строгом порядке. Соответственно, самим собой разумеющимся является то обстоятельство, что заведенные часы, перемещающие во времени, отправили их в другую эпоху, в тот момент, когда демоница пыталась его протаранить. Однако здесь не проглядывается злой умысел. Будучи непроходимой идиоткой и невыносимо любопытной, Анаразель, самая того не зная, задала координаты для отправки в это время. К сожалению, из-за того, что артефакт пришел в непригодное состояние, узнать эти координаты не представляется возможным.  Значит, главное задачей является узнать, какой сейчас год и где они находятся. Велиал задумчиво посмотрел на дорогу, по которой пронеслись всадники, окруженные мерзким амбре. Подобное можно было наблюдать на Руси в промежутке с 1565 по 1572 год, во время правления Иоанна IV, который, собственно, и организовал эту шайку, назвав ее опричниной. Самому архидемону, который не раз бывал в Московии, в том числе и при Грозном, не доводилось видеть эту «псарню». К 1572 году большая часть этих служивых людей была предана смерти или опале. Осознание того, что время и обстановка ему знакомы, прибавило Велиалу сил и уверенности. Нужно только узнать в какой конкретно год их занесло.
- ...а где Москваааа?
- Рад, что ты спросила, – со злорадной улыбкой ответил архидемон. – Видишь вон там далеко-далеко золотые всполохи? Это блестят купола московских церквей. Благодаря тебе мы оказались в средневековой России времен Ивана Грозного. Когда тебя за твою бритую голову могут на кол посадить, а вот эти часы, - в руке Велиала покачивалось то, что раньше было могущественным артефактом, - это билет в наше время. Был.
Велиал не зря упрекнул Анаразель за ее экстравагантную прическу.  Внешний вид их обоих слишком сильно станет выделяться на фоне «аборигенов», что может повлечь за собой большие неприятности, в том числе и местную форму экзорцизма – отчитку. Поэтому первым пунктом плана архидемона стала добыча одежды. Затем стоит разжиться лошадкой, а Ани можно привязать к луке седла, как пленную – пусть бежит следом. Но сперва стоит ее расспросить.
- А теперь ты расскажешь мне все об этих часах. И даже не смей пытаться мне соврать, потому что от того, что ты скажешь, будет зависеть твоя жизнь, - Велиал надвигался на Ани, наслаждаясь плохо скрываемым страхом на ее мордашке, - в глаза мне смотри! - Крепкая рука схватила демоницу за ворот куртки и встряхнула. Ярко-голубые блестящие глаза уставились на него в ответ.  – Что это были за часы, кто их владелец, и где они были в середине XVI века?

+3

6

- Не надо на мою голову всё валить! – строптивая Ани выворачивалась из намертво схвативших её рук, торопливо отбрехиваясь от упрёков. – Она из-за тебя такая! Не лай на фраера за то, в чём сам виноват! – она из последних сил упиралась ладонями в грудь Велиала, старательно, пусть и бесполезно, отпихивая того от себя. – Ты первый на меня напал, а теперь обвиняешь меня в том, что тут оказался!
Мужчина встряхнул Анаразель для профилактики; та замерла, угрюмо сверля его глазами. Был бы он бревном (а, простите, он и есть бревно, но почему-то живое и настоящее), на его физиономии уже красовались бы две небольших аккуратных прожжённых дырки насквозь.
– Что это были за часы, кто их владелец, и где они были в середине XVI века?
- Да ты просто сама галантность во плоти, - сложив губки в язвительную усмешку, съехидничала слуга Асмодея. Однако силы таяли с каждой секундой, их не хватало даже на достойный сарказм. Устало вздохнув, девушка обмякла и взмолилась. – Отпусти меня, не убегу я никуда. Куда тут бежать? В поле?
Получив драгоценную свободу, Ани проворно отскочила от обидчика на метр-другой. Тайм-аут в перебранке позволяет обдумать свои дальнейшие действия и слова. Как ни прискорбно, все её уловки и трюки Велиалу хорошо известны. Он с неё глаз не спустит – и сейчас девушка чувствовала этот прожигающий спину взгляд. Спокойный и бездушный, но очень пристальный взгляд. Что ещё обиднее, в ситуации, спровоцированной в общем и целом самой демоницей, Велиал оказался в выигрыше. Ему известны и нравы этой эпохи, и язык – мимикрировать под местное население не составит труда. Ани же выделялась слишком сильно. Знакомые со страной и обычаями лишь шапочно, они с Китти очень быстро окажутся на костре или в кипятке, а может и вовсе на добротном колу из сосны.
Ты обещала, что я буду жить. У нас уговор, не забыла?
- Зайка, я обещала, что ты не умрёшь от рака, окей? – раздражённо парировала Анаразель, давно уже привыкшая отвечать хозяйке своего тела вслух. – О других способах умереть ничего не говорилось.
Ты всегда играешь нечестно! – обиженно пискнула мадемуазель и затихла. Демон предался раздумьям в благословенной тишине. Девушка села на дорогу, скрестив ноги. Мысли, которые и в обычной жизни не отличались логичным построением, нынче аки ошалелые бегали по черепной коробке с дикими криками, сталкивались друг с другом, пугались, хватали последние ценные вещи и выскакивали через окно в небытие, надеясь, что там их кто-то поймает. Тупые мысли. Нужно ухватить одну и вытащить все, пока башка совсем не опустела.
Но если взглянуть на факты с другой стороны, в более выгодном положении оказывается уже сама Ани, а не этот кошелёк на ножках. Если этот сын шайтана хочет вернуться в свой 2009, так или иначе придётся ему придётся пойти на сделку с той, кого он на дух не выносит. Это даёт возможность диктовать свои условия. Но чтобы воспользоваться такой возможностью, нужно найти часы. Правление Грозного было долгим, и чёрт его знает, в какой конкретно год их занесло. Хорошо, если в семидесятый. Бомелиус тогда активно подлизывался к царю и устранял с помощью ядов неугодных владыке бояр. Если же году в пятидесятом или шестидесятом, то придётся жить здесь не один год и поджидать англичанина с часами.
Думаю, тебе стоит раз и навсегда заречься трогать артефакты.
- Заткнись, твой голос мешает мне думать! – рыкнула Ани своей соседке по телу, поднимаясь на ноги.
Из-за тебя мы хрен пойми где! Мы тут состаримся и умрём, а всё потому, что ты не можешь не полапать всё, что попадёт тебе в лапы!
- Я тебе сказала, рот закрой или я тебя уберу.
А впрочем, мне нравится наш компаньон. Лучше с ним, чем в одиночку, правда?
Анаразель резко повернулась и недоумевающее осмотрела Велиала с ног до головы. Если правильно разыграть козыри, и молчать о том, чьи это часы, шанс вернуться домой живой и невредимой есть.
Просто притворись покладистой, хоть раз в жизни слушайся старших.
- Без сопливых и смертельно больных разберусь, - фыркнула демоница, убрала упавшие на лицо волосы и отряхнулась.
- Велиал, тут такое дело… - девушка медленно шагала в его сторону, сметая ногами камушки. – Знаю я, чьи это часы, но хрена лысого я тебе что-то скажу. Сам же понимаешь – я скажу, ты свалишь, оставив меня тут. А мне такое развитие сюжета не нравится. Можешь, конечно, заломать меня, - она развела руки в сторону, будто бы приглашая. – Хворостинкой там по попе отхлестать или что тут нынче в моде… Но я всё равно ничего не скажу, ты меня знаешь. Поэтому вариант такой: ты доставишь меня в Москву, будешь беречь меня от всяких неприятностей, а я добуду часы. Если согласен, чмокни меня, - нахалка поднялась на цыпочки и вытянула губы трубочкой, предлагая заключить сделку.

+3

7

Когда Велиал отправлялся в Москву, он рассчитывал заключить пару-тройку выгодных договоров и отлично отдохнуть. Путевка в прошлое в его планы не входила, и уж тем более он не собирался встречаться с Анаразель. Но XXI век далеко впереди, перед ним раскинулась практически нетронутая цивилизацией природа, а где-то рядом, бубня себе что-то под нос, сидела на земле его «головная боль». Для него все яснее становилось, что неприятности только начинаются.
Прихлопнув комара, который жужжал над ухом уже несколько минут, падший обернулся к Анаразель, всем своим видимо выражая, что принятое ей решение интересует его почти так же, как стоимость бананов в Зимбабве. Внимательно выслушав не очень длинную, но очень наглую речь, он не без неудовольствия признал, что доля правды в этих слова была. Можно было бы оставить демоницу тут и направиться на поиски часов самостоятельно. Но, на это уйдет непозволительно много времени, притом, что шансы найти этот артефакт не так велики. Вряд ли его владелец распространялся о том,  что у него есть возможность перемещаться во времени. Однако пойти на сделку с Ани и использовать ее знания Велиал был готов только при наличии гарантий. С его стороны было бы непростительной глупостью надеяться на то, что демоница не сбежит, как только получит артефакт в свои загребущие лапки. Кроме того, существовало весомое отличие между заключением сделок с простыми демонами и Велиалом. Велиал не настолько перестал себя уважать, чтобы делать «это». И у него уже была отличная мысль, как не только напугать демоницу, но заставить ее неукоснительно и свято соблюдать договоренность.
- Гусь свинье не товарищ, - с неестественно злорадной улыбкой архидемон развернул Анаразель спиной к себе, без лишних слов задрал рубашку и майку ей на голову, и, повторив условия сделки, начал выжигать на ее испещренной рубцами спине некий символ. – Если ты будешь дергаться, я собьюсь, и придется все переделывать. Стой спокойно! Этот символ даст мне гарантии, что ты не сбежишь, получив часы. При первой же попытке задумать что-то против меня, все, что останется от тебя, можно будет собрать в совок и развеять по ветру.
Велиал выжег последнюю линию, сделал шажок назад и придирчиво оглядел работу. Конечно, сам по себе символ ничего не означал. Эффект его был исключительно педагогический. Однако запуганная Ани вряд ли решится испытывать судьбу. Падший похлопал демоницу ладонью по макушке, попутно вытирая о ее футболку руки и не дожидаясь спутницы, направился в сторону Москвы. В том, что она уже припустила за ним, он был уверен. Спустя час или меньше в спину архидемона полетел недовольный бубнеж. Но мысли Велиала были заняты другим, поэтому к стонам не поспевающей Анаразель он оставался равнодушен. Куда больше его беспокоила излишняя примечательность их обоих на средневековом ландшафте. Если повадки и речь можно изменить, чтобы походить на жителей этого века, то любая попытка украсть или отобрать одежду приведет к тому, что их заметят. Если он в своем бордовом пиджаке, который издалека мог сойти за кафтан, походил на иноземца, то выбритая голова Анаразель, которой она засветит в ближайшей деревне, приведет только к одному: «Живьем брать демонов!». Поэтому вариант грабежа был отвергнут довольно быстро.
Шли они уже довольно долго. Бубнеж превратился в страдальческие вздохи, нытье и неуклюжие оскорбления. Велиал предпочитал думать в тишине, поэтому назойливое шарканье, кряхтение, плеск воды в реке и непонятный стук начинали его раздражать.
- Слушай, ты, - Велиал подгреб Ани к себе за шею и крепко прижал к себе. Ее кулачки тут же застучали по нему, но что можно сделать после нескольких часов марша, особенно когда твою головенку зажимают с дьявольской силой, - если ты не закроешь рот, я утоплю тебя в реке. Благо, она совсем не далеко…
Посторонний стук усиливался, и стало понятно, что это не тяжелые ботинки Ани. Мужчина обернулся и заметил приближающийся караван повозок. Он двигался не торопясь, грузно поскрипывая на каждой кочке и колдобине. Отступив на шаг и уходя с дороги, архидемон выпустил демоницу, на время потеряв ее из виду; все его внимание было обращено на телеги. По мере их приближения к скрипу колес и похрапыванию лошадей добавился звук стучащих друг об друга кованых сундуков. В голове уже созрел план действий. Тут Ани, которая слишком быстро приходит в себя после взбучки, замахала каравану руками. Видимо собиралась прокатиться с купцами до самой Москвы. Если бы не сведения, которыми она владеет, архидемон оставил бы все как есть – любопытство иногда давало знать о себе, к тому же Анаразель заслуживает костра как никто. Однако обстоятельства были против, поэтому архидемону пришлось схватить это недоразумение за шиворот и затащить в кусты, для надежности затолкав ей в рот собственную футболку. После чего Велиал с удовольствием отметил, что этот способ заткнуть ее самый эффективный: вместо крика она издавала только приглушенное мычание. Мужчина пересчитал повозки, людей и количество охранников, после чего обратился к Ани:
- До захода солнца мы дойдем до леса. Чтобы не привлекать в Москве внимание, нам нужна правдоподобная история. И проехавшие только что мимо нас купцы нам в этом помогут. Заберем у них одежду и товар, потом двинемся дальше. От тебя требуются две вещи: делать, что я говорю, и не разговаривать при посторонних. Сойдешь за юродивую, - снова не дождавшись ответа, архидемон выбрался из зарослей и направился к лесу.
Первое же слово, сказанное Анаразель, провалит их миссию. Но если выдать ее за тугоумную, это оправдает любой ее поступок, что сыграет им на руку. Блаженных людей на Руси уважали и почитали, ведь считалось, что они несут на себе грехи других людей. Кроме того, они пользовались защитой властей и духовенства, потому что суеверные русские верили, что через них говорит Господь. Велиал бросил взгляд на демоницу и ухмыльнулся. Каким же должен быть Бог, чтобы через такую разговаривать?

Отредактировано Belial (21.11.15 23:20)

+3

8

I look inside myself and see my heart is black, I see my red door and it has been painted black. [1]

Неожиданные слёзы подкатили к горлу. Вот так всегда: вместо молочных рек и кисельных берегов жизнь оборачивается жопой коня и садится тебе на лицо. Анаразель подумала, что вот-вот завизжит в исступлении и побежит с этой дороги куда-то прочь. Истерика уже нежно приобнимала за плечи, ласково нашёптывая, что если уж топнуть ножкой, то всё обязательно наладится. Демоница удивлённо прислушивалась к себе, пока не поняла, что это не её эмоции. Весь коктейль из негодования, обиды, бессильной злости и отчаяния – продукт не её сознания, а только лишь вместилища. Проклятая эмпатия – простыня, которой накрывают окровавленный труп, – сразу покрывается алыми пятнами переживаний. Избавиться от них так же трудно, как и отстирать кровь с белоснежной ткани.

Как всё таки хорошо и просто быть человеком! Попадает кто-то в передрягу, а у него в запасе решение проблем. Есть мамочки и папочки, под крылышками которых можно спрятаться, друзья, которые не бросят, случайные собеседники в баре, с которыми можно выпить пару стаканов и выговорить наболевшее. Даже самый-самый одинокий человек в мире не самом деле никогда не останется один – к его услугам профессионалы и не очень, которые за деньги разрешат любую их проблему! А истерики? А отрицание проблемы как таковой? У людей есть всё, чтобы, столкнувшись с бедой, пережить её, не ударив пальчиком о пальчик. В конце-то концов, перепробовав все варианты и потерпев фиаско, ты можешь с собой покончить и там, в аду, забыть обо всём.

У демонов нет даже этого. Ани придётся смириться с этой действительностью. Как бы ни ныли ноги, как бы ни пересыхало во рту, как бы ни слезились от мелкой дорожной пыли глаза. Не могла она, как Китти, убежать, притвориться, что она «в домике», и ждать, когда подует ветер перемен. Анаразель для своего же блага обязана принять всё происходящее как факт и вжиться в него, стать частью действительности. Подружиться с Велиалом, который убьёт её, обязательно убьёт – только дай ему шанс! – и быть ему напарником и другом. Потому что выбора у демоницы нет. Может статься и так, что Ани, подражая людям, подхватила у них привычку обманываться. И смысла во всех её кривляниях нет. Потому что мир давно стал чёрным и уродливым, а она ослепла?

Даже если и так, подумалось Анаразель, буду мириться и подстраиваться. Потому что таков  порядок. Меня учили подчиняться старшим и более сильным, искать выгоды в подчинении. Я позволю ему делать с собой всё, что угодно, заключать со мной любые сделки, рисовать на мне всякие символы. Потому что он – часть этой действительности, могущественная и опасная часть. Слишком беспечен тот, кто списал Велиала со счетов. Он опасен, может быть, даже ещё опаснее, чем в те года, когда Вельзевул устроил переворот. Угроза кроется в тех, кто много молчит, как и в тех, кто много болтает. Что он скрывает? Какие уроки он усвоил из своего падения, из обоих своих падений? Смотри, говорила себе демоница, слушай и не прекословь ему. Так и спасёшься.

Maybe then I'll fade away and not have to face the facts. It's not easy facin' up when your whole world is black. [2]

Да, она сделает всё, к чему принуждает своих обитателей этот чёрный мир. Потому что она умеет раскрашивать его в свои цвета, яркие и полные силы. В конце концов всё зависит от восприятия. Именно оно делает мир прекрасным или невыносимым. Так вот, мир Ани был прекрасен. Полон приключений, знакомств, удовольствий и сюрпризов. Он такой, потому что Анаразель не противопоставляет себя ему, а ныряет в эту зловонную кучу как олимпийский чемпион. И никто не запретит ей наслаждаться этим процессом.

Анаразель подняла руки и вдохнула жаркий послеполуденный воздух полной грудью. В вязком мареве плыли границы горизонта, скрывая в них поля, полосу леса и мерцающую мелкими волнами реку. По обе стороны дороги прели, источая сладко-кислый аромат, стога скошенной травы. Демоница зажмурилась, подставив лицо солнцу, чувствуя, кажется его тепло даже под веками. Вокруг стрекотали сверчки да так громко, что заглушали даже мысли. Изредка вскрикивали птицы, взлетая из травы и кустов на ближайшие деревья. 

- Велиал! – Ани прибавила шагу, чтобы снова не остаться позади, и быстро догнала спутника. – Вел, а кто свинье товарищ? – увидев недоумение на лице мужчины, она начала объяснять, активно жестикулируя. -  Ну, ты сказал, что гусь свинье не товарищ. А кто товарищ? В чём смысл-то вообще? Гусь свинье не товарищ… - пробормотала девушка, почёсывая выбритый висок. – Лось бобру не господин? Баклан улитке не учитель? Что?! – воскликнула недовольно Анаразель, заметив ухмылку собеседника. – Знаешь, если ты меня назвал свиньёй, то это очень даже зря. И дело не в том, что это некрасиво, хоть это и некрасиво, или трудно будет сотрудничать с обиженным… даже если это всего лишь я. Неужели нет более подходящего способа самоутвердиться? Как ни крути, в итоге-то и гусь, и свинья – оба окажутся зажаренными на праздничном столе.

Поток словоблудия остановил всё тот же Велиал. Ани, едва заметив его напряжённый взгляд, сразу спряталась ему за спину и лишь через полминуты решилась посмотреть – что же там впереди такое? Метрах в десяти, прямо у края частого леса лежала на боку телега. Уже вечерело, тусклые кроваво-золотые лучи солнца сияющими клинками прорезались сквозь стволы деревьев. Демоны подошли поближе, спустились к странному месту. Трава вокруг была примята, изуродована глубокими бороздами поднятой земли. В нос демонице ударил запах крови.
- Тут была схватка… - поёжилась Анаразель, выскользнув из-за спины архидемона. – Телегу протащили сюда с дороги, только зачем? Она же тяжёлая… - девушку осенило. Она подпрыгнула от нетерпения. – Вел, Вел, сперва распрягли лошадей, поэтому телегу спустили вручную… А кто? А зачем? Это ведь та самая телега, которую мы видели, да?

[1], [2] - строки из «Paint It Black» английской рок-группы The Rolling Stones.

Отредактировано Anarasel (08.06.16 18:37)

+3

9

Под ярким июньским солнцем в раскаленном мареве, в которое превратился воздух, стало трудно дышать. Идти в пиджаке было невозможно, потому архидемон снял его и перекинул через руку. Лето в России, насколько помнилось Велиалу, довольное жаркое, и им еще повезло, что они попали не в июль, с его тридцатиградусной жарой, от которой не спастись и в тени. До леса еще было далеко. Он виднелся вдали расплывчатым темно-зеленым пятном, расплываясь и теряя свои очертания. Велиала, привыкшего к цивилизации, качественному асфальту и урегулированному потоку движения, та дорога, по которой они шли с Ани сейчас, утомляла не меньше, чем его спутницу. Начищенные до блеска дизайнерские ботинки покрылись слоем пыли, из черных превратившись в серые. Мужчина отвык покрывать большие расстояния на своих двоих. Обычно ему достаточно было щелкнуть пальцами, как в его распоряжении тут же оказывался любой вид транспорта. Здесь такой фокус не прошел бы, да и перемещаться, будучи пришельцем из другого времени, он не решался. Кто знает, чем это обернется, и какими еще проблемами закончится.
Чтобы отвлечься от удручающих мыслей, Велиал задумался над одним вопросом, над который как раз сейчас можно было поразмыслить  – у кого были часы? Простой люд сразу отпадал. Архидемон успеть заметить то, как артефакт выглядел до момента его гибели под копытами опричных коней. Часы, особенно карманные, даже в Европе в это время большая редкость. Такую безделушку мог позволить себе не каждый богатый человек. Падший начал вспоминать все знатные фамилии, которых успел узнать за время пребывания в Московии. Шуйские, Захарьины-Юрьевы,  Голицыны, Телепневы, Головины… Может ли кто-то из них обладать таким мощным артефактом, способным переносить владельца во времени? Зная натуру боярских родов, Велиал не сомневался в том, что обладай кто-то из них часами, он, несомненно, ими воспользовался. Разве что… разве что нынешний владелец не в курсе об особенностях этих часов и ни разу их не использовал. Вариант маловероятный, но и его со счетов сбрасывать нельзя.
Тут архидемон обратил внимание, что идущая рядом Анаразель что-то у него спрашивает. Он повернул голову, недоуменно посмотрев на демоницу. Смысл ее слов дошел до него не сразу, а когда стало понятно, о чем она спрашивает, он только ухмыльнулся. Вроде бы и шутит, но спрашивает с таким серьезным видом, так сосредоточенно почесывает висок, точно решает судьбы мира. Вот пойди и пойми, сказала ли она в шутку или всерьез.
Велиал уже собирался ответить по поводу того, кто и кому друг, товарищ и брат, как его взгляд зацепился за лежащую на боку возле кромки леса телегу. Ту самую, которая была нагружена сундуками с богатым товаром, которая несколько часов назад их обогнала. Рядом никого не было видно, да к тому же в нос ударил металлический запах крови. Трава вокруг была примята, ясно виднелись следы схватки. Но ни лошадей, ни содержимого телег видно не было. А так как шум битвы они не слышали, значит, произошла она уже порядочное время назад.
- Да, это та самая телега, которую мы видели. И вон те тоже, - Велиал огляделся. – Это разбойники, Ани. Те, кто хотел поживиться прибылью купцов, – на последнем вопросе архидемон удивленно глянул на демоницу. – Что значит зачем? Зачем людям обычно богатство? И зачем люди воруют?
Вопрос был риторический и ответа, понятное дело, не требовал. Архидемон повернулся в сторону заходящего солнца. Вряд ли разбойники ушли далеко, к тому же, им нужно разделить награбленное. Телеги скрипели грузно, значит, в сундуках много товара, и значит, планы не изменились: вместо купцов надо ограбить разбойников.
- Ступаешь за мной тихо, след в след. Не шуми и ветками не хрусти. И вообще, выйди на режим стелс.
Он направился вглубь леса уверенным шагом, не сомневаясь, что Анаразель следует за ним. Сам он так же двигался бесшумно, прислушиваясь ко всему, что происходит вокруг. Разбойники, уверенные, что к ним никто не придет, вряд ли будут скрываться глубоко в чаще. Можно будет увидеть их костер или услышать разговор. Как падший и ожидал, вскоре вдали послышались приглушенные голоса. Мужики ведут себя слишком неосмотрительно для бывалых разбойников. Скорей всего это разоренные земские крестьяне, бежавшие в леса. Но раз им удалось ограбить охраняемый купеческий поезд, их атаман – человек многоопытный.
- Стой здесь, - мужчина повернулся к демонице. – Пока не услышишь шум, не вмешивайся.
Он накинул пиджак и решительно двинулся на поляну, не стараясь скрыть своего присутствия. У него уже был план действий, в котором рассчитывалось, что лихие люди купятся на его игру. Возле костра сидели семь мужчин, еще четверо  стояли неподалеку, итого одиннадцать. Их бедная одежда говорила о том, что мужики занялись разбоем не от лени и жадности, а от отчаяния. Или боярин какой разобидел, или опричники. Все как один обернулись на шум. От Велиала не укрылось то, что каждый из них потянулся к оружию: кто к дубине, кто к кистеню, а кто и к ножу. 
- Их скорбно просить прошения, - добавив акцент, на ломанном русском, Велиал обратился к сидящим. Они ведь даже часового не выставили, настолько были уверены, что их никто не найдет. – Я… их… есть потеряться. Майн пферт… лошать… есть мертвый. Как мне дойти до Москоу?
В современном мире его бы сразу раскусили, но сейчас все иначе, и нравы другие. По блеснувшим нехорошим огоньком глазам главного, архидемон определил, что тот ему если и не поверил, то захотел напасть. Таких, как он, падший никогда не понимал. К чему рисковать своей жизнью, грабя и убивая на дороге, если можно заложить душу и получить все, что ты хочешь. И в том случае, и в другом вечные муки в Аду гарантированы. Ничего, подумал Велиал, сейчас я вам организую и Ад, и муки, и убийства, и грабеж.
- Мы тебе все покажем, немчик милый, - разбойник улыбнулся беззубым ртом. – Ты только кафтанчик сымай и калиту подавай.
Пока Велиал изображал непонимание, за его спиной раздался шорох и спину под лопаткой пребольно кольнуло. Это что ж сегодня за день такой, когда каждый встречный так и норовит чем-нибудь ткнуть в архидемона? Падший закатил глаза, повернулся к нападающему, с презрением глядя в его удивленные очи. Этот пиджак сшит на заказ и стоит дороже, чем вся эта шайка с их убогим скарбом. Достали. Велиал схватил мужика за горло и поднял вверх, оторвав от земли. В следующую секунду поляне разнесся полный боли крик и запах поджаренного мяса и опаленных волос. 
Это же не какое-нибудь кино, а суровая реальность, в которой даже плохо вооруженные неграмотные мужики не станут ждать расправы, а нападут всем скопом. Велиал прижал к себе тело еще хрипящего разбойника и повернулся, прикрывшись им, как щитом. И был чертовски прав, сделав это, – в спину мужика вонзился точно брошенный нож. Атаман целился прямо в сердце. Падший вынул из плоти оружие и тут же пустил его в ход, одним движением перерезав ближайшему противнику горло. Затем схватив того рукой за плечо, он толкнул издыхающее тело на третьего разбойника, размахивающего кистенем.
У следующего голодранца архидемон отобрал дубину, но тут же получил удар прямо в челюсть. Боль только раззадорила архидемона; зрачки вспыхнули угрожающим оранжевым цветом. Раскрытой ладонью падший поймал вновь занесенный кулак и сжал его до хруста, переламывая кисть. Схватив противника, стонущего от боли, Велиал со всей своей сверхъестественной силой ударил его головой о ближайшее дерево. Сладкой музыкой раздался хруст ломающегося черепа и треск дерева. Мужчина вытер руки о кафтан и огляделся: Анаразель послушно дождалась первых звуков борьбы и уже метелила атамана.

+3

10

Иссушённый полуденным зноем ветерок лениво шелестел истончившейся листвой где-то высоко, в верхушках деревьев. Мысленный взор поднимается ввысь, сквозь ветки, возносится над зелёным ковром леса и охватывает многомильные просторы. Всё дрожит в липком мареве без всякой надежды на прохладу. Макушки деревьев не тревожит, не приминает резкий порыв ветра, что предвещает тучи. Мир замер в сладкой дымке, которая осядет лишь после захода солнца и поднимется рано утром. Дождя сегодня не предвидится; путники ещё долго будут глотать дорожную пыль. Анаразель решила, как устроится привал, попросить Велиала переждать в лесной прохладе несколько часов, чтобы выдвинуться только вечером.

Грубая кора приятно шуршала под ладонями. Ани обнимала ствол дерева, прислушиваясь тихим шагам архидемона, который уходил вглубь леса, где разбойники устроили привал. До глупости рискованный поступок: после нападения на охраняемый караван остаться на привал в лесу неподалёку. Мозгов или опыта не хватило, чтобы утащить разграбленные телеги в лес и там их замаскировать? Сколько среди них раненых, если даже костёр развели? Ещё бы к речке сбегали с удочкой – ушки сварили бы. А где трупы купцов и охраны? Численность этой банды настолько велика, что часть людей разгрузила товар, а другая спрятала тела в чаще? Не сходится, всё не сходится, зря Велиал туда пошёл один. Демоница наблюдала, как по её пальцам, щекоча, бежали стройной дорожкой муравьи. Из желобков коры они поднимались на палец, словно путники на холм, спускались и поднимались снова, несли свой груз, трудяги. Эти люди тоже муравьи. Двум демонам удастся их передавить, но ещё долго будут чесаться места разбойничьих «укусов». Анаразель развернула руку, чтобы несколько муравьёв попало в ладонь, и растёрла насекомых большим пальцем. Обоняние пощекотал острый запах муравьиной кислоты.

Я собираюсь, дамы и господа, всех вас кусками нарезать! ©

Раздался истошный вопль. Пора. Демоница прогнулась в спине и неспешно отлипла от дерева. Тихо подступая к месту схватки, Ани пересчитала неприятеля. Три тела лежали без движения, ещё один противник уже поднимался на ноги. Растерявшиеся разбойники не торопились напасть на чужака, не желая, видимо, повторить судьбу своих братишек. Момент замешательства был идеальным для нападения со спины. Анаразель подняла с земли толстую тяжёлую ветку и, выбрав мужиков, что стояли поближе к атаману, атаковала первого. План простой: опытный игрок одним ударом кия загоняет три шара в лузу. Веткой по башке ударить того, что поближе. Её же воткнуть второму в брюхо, а атаману свернуть шею телекинезом. От тупого удара по затылку, разбойник упал, как подкошенный. В следующую секунду толстый надломленный зубчатый край ветки воткнулся в кожу новой жертвы, протыкая её и погружаясь в плоть с чавканьем. Мужик заревел и завалился на бок. Ани повернулась к атаману, вытянула руку. Пальцы вздрогнули в красивом жесте, но тот даже не поморщился. Зато отреагировал мгновенно: блеснувший в левой руке нож молниеносно понёсся к груди демоницы. Она, взвизгнув, перехватила руку и резко дёрнула её вниз, сдавливая запястье. В лицо тут же прилетело несколько смачных ударов пудовым кулаком. В голове одержимой зазвенело, перед глазами поплыли цветные круги. Анаразель тряхнула головой, и боль шипящим аспидом уползла на второй план. А атаман воспользовался заминкой и, свободной рукой схватив девушку за плечо, с силой толкнул, навалившись всем телом.

Он – человек бывалый, в отличие от остальных, подумалось демонице. Дерутся неуклюже, рефлексы – дрянь. То ли впервые на «дело» пошли, то ли никогда не встречали серьёзного сопротивления.

- А ты хорош, – демон обратил к человеку две чёрные впадины своих глаз.  – Мне нравится, как ты брыкаешься.
Мужчина рефлекторно отпрянул, но было уже поздно – изо рта девицы вырвался поток чёрного дыма и напал на него, проникая в тело через рот, нос и глаза. Тело разрывалось от боли в груди и голове, но внезапно всё прошло. Анаразель вздохнула глубоко и отпустила тело Китти, чтобы оно безвольно упало на землю.

- Был у вас шанс, если бы вы количеством воспользовались сразу, а не кинулись врассыпную, - быстрыми шагами демоница пересекла поляну и за плечи оттащила от Велиала одного из двоих напавших. Один, держал архидемона со спины, а второй бил. – Да поздно уже, - громила в запале ударил атамана по голове кулаком и растерянно замер. Ани, не теряя времени, выхватила засапожник и вонзила его в живот человека. Тать вопил, в то время как Анаразель раз за разом втыкала в него нож, пока крепкая загорела рука не стала красной от крови. Подарив Велиалу улыбочку, больше похожую на звериный оскал, слуга Асмодея перехватила занесённую в ударе руку напавшего разбойника и несколько раз ударила того в грудь локтём. Тот согнулся от боли, а одержимый атаман обхватил своей могучей рукой его шею, прижав голову посильнее, и провернул, сворачивая шею.

Ани не заметила как потеряла контроль над собой. Она позволила себе упасть в объятия ярости и не чувствовала тревоги, не чувствовала, что нужно остановиться. Звериная жестокость, вырвавшись из её существа на свободу, сделала сознание узким тоннелем для одной лишь мысли: убивать, убивать больше, убивать ещё и ещё. Движения – обычно ловкие, но суетливые – стали скупыми и точными, приносящими боль или смерть. Поставить убегающему подножку, пнуть прямо в оранжевые угли костра и ногой прижать к ним человеческое лицо. Сдавить, пока тело не перестанет биться в конвульсиях и обмякнет, поджариваясь.

Вопли затихли и на поляну опустилась гнетущая мёртвая тишь. Одержимый настороженным зверем озирался по сторонам, прислушиваясь к бешеным ударам своего сердца и тяжёлому дыханию. Он последний, а его теле пребывала сейчас Анаразель. Смерть главаря должна быть особенно, даже изысканно мучительной.

Атаман пришёл в себя и его впервые в жизни обуял ужас. Пальцы сами сложились для крестного знамения. Маловерный грешник зашептал молитву, самую простую, которая врезалась в память ещё в детстве. Но с губ сорвались лишь пара строк – мужчина завопил, когда с липким щелчком ногти стали отскакивать в разные стороны. Он рухнул на четвереньки, словно кто-то огромный встряхнул его и бросил на землю. Не переставая надсаживать глотку, атаман в муках перекатился на спину и стал рвать на себе одежду, теряя в агонии выскакивающие зубы. Рёбра груди его ходили ходуном, будто лёгкие и сердце в самом деле были готовы выпрыгнуть наружу. Рот заполнила густая солёная кровь, которая, как кипяток из котелка, выпрыгивала горячими каплями. Повсюду на теле что-то бугрилось под кожей. Кости ног выгнулись и разом сломались, выглянув бело-красными острыми разломами из плоти. Тело приподнялось над землёй дугой; с хрупаньем внутри сложились кости, превратив некогда сильного здорового мужчину в нелепое оригами из мяса и одежды. Чёрный дым медленно выполз из открытого в предсмертном рёве крике рта и зазмеился по земле к телу девушки,. Окутав хрупкую фигурку, демон скользнул внутрь сквозь полуоткрытые губы.

Ани открыла глаза и медленно выдохнула. Менять тела, да ещё так быстро – сущая мука. Это как ходить в обуви не по размеру.

- Я немного увлеклась… - демоница поднялась на ноги и отряхнула джинсы. Она смотрела прямо на Велиала, не желая разглядывать тела, лежавшие между ними. – Надо бы по-быстрому сваливать, они скоро вонять начнут.

Слева, в метре-двух что-то хрустнуло. Нервы натянулись тетивой. Анаразель повернула голову и заметила, как что-то тёмное мелькнуло в зелени деревьев и кустарника. До демонического уха донеслось свистящее истеричное дыхание беглеца и хруст лесного ковра под ногами.

- Один сбежал! – радостно вскрикнула она и бросилась следом в прохладу леса, издав торжествующий вопль.

+2

11

Тело с непривычки болело: правая скула ныла, костяшки рук саднили, под правым глазом разливался кровоподтек, левое плечо ломило болью, а каждая попытка вздохнуть резала по ребрам. Еще и рана под лопаткой напоминала о себе при каждом движении. Если бы у Велиала была такая возможность, все, кто повинен в его плачевном теперешнем состоянии, мучились бы очень долго. Но они уже мертвы, а злость и желание выместить на них свой гнев остались. Ведь его, всесильного архидемона, словно сельского паренька, держали и колошматили двое каких-то оборванцев. Принимая во внимания факт, что противниками в этой тяжелой схватке были простые людишки, напрашивался вывод о подозрительном уменьшении сил падшего. Нет, он все так же обладал телекинезом, а его ладони успели оставить на вопречниках глубокие ожоги, но по каким-то непонятным, пока что, причинам, сил явно стало меньше.
Велиал по-хозяйски окинул взглядом поляну. Раз все разбойники мертвы, и можно спокойно выведать, кто же они такие. Первым делом архидемон подошел к мешку с костями, что раньше был атаманом. Под зипуном у него был тегиляй, значит, он, скорей всего, либо имел отношение к войнам, либо умудрился его с кого-то снять. Второй вариант падший отмел после некоторых раздумий. Все-таки атаман разительно выделялся из толпы этого сброда: действовал более уверено, сразу в драку не бросился, наблюдая за всем со стороны и не вмешиваясь до последнего. Падший присел и начал обыскивать атамана, пока не услышал легкий перезвон. Велиал снял калиту с пояса мужика. Теперь у него было несколько серебряных гривен и пара рублей, а это немало.
Архидемон продолжил обыск, однако ни на одном из трупов ничего интересного найти не удалось. Так, по мелочи, различные серебряные крестики, да и те встречались не у всех. Бедолаги и выглядели беднее, чем предводитель, и на бывалых бандитов походили отдаленно. В пользу этой версии свидетельствовало и отсутствие шрамов, и следов предыдущих битв, какие бывают у матерых бойцов, а так же мало-мальски хорошего снаряжения. Они были обычными крестьянами, которых что-то толкнуло на преступный путь. Скорей всего это была не жажда наживы.
Последний из обыскиваемых Велиалом трупов отличался от других. Издалека он выглядел тяжелее и крупнее остальных. Архидемон развернул плотный сермяжный зипун; увиденное заставило его присвистнуть. Его взгляду предстала панцирная кольчуга недурственного качества, и наруч на левой руке, защищающий ее от локтя до кисти. Падший стянул кольчугу и только теперь заметил кошель, похожий на тот, что он нашел у атамана. Погибший отличался от всей этой шайки одеждой и наличием доспеха. Судя по всему, он – один из охранников следовавшего купеческого обоза. Охрана была в сговоре с татями. В это время было не принято менять маршрут следования, охраняемые торговые пути шли через многие города, где купцы умудрялись получать свой барыш. Следовательно, сговорились охранники с разбойничьей шайкой порядочное время назад. Время и место нападения было обговорено. Одни, те что поопытней, нанимаются в охрану и ведут купцов прямиком в ловушку, вторые нападают внезапно, создавая неразбериху. Потом все честно делят добычу и расходятся. Одни возвращаются в лес, другие в Москву. Если бы не Велиал и Ани, так же поступили бы и сейчас. Раз охранник у обоза был не один, где двое других? Ответ нашелся быстро: остальные ушли прятать тела купцов и лошадей, которые могли их выдать. Нужно было поторапливаться,  и до того, как они вернуться, забрать все самое необходимое, и уйти как можно дальше.
Велиал один за другим открыл все сундуки. Его взгляду предстали дорогие ткани и предметы одежды. Здесь были тяжелые камчатые полотна, и легкая камка, дамастовый лен и китайка. Архидемон пропускал через пальцы ткань, ощущая ее рубцеватость и гладкость. Давно он не видел дрогетового и травчатого бархата, бостера, дорогого итальянского киперного бархата и плиса. Привлекали взгляд яркие ткани алачи, пестряди и киндяки, миткаля, арабского кумача, гаруса и объяри. Этот товар не для бедных людей. Простая сермяга в кою были одеты грабители,  блекла и больше походила на тряпку, рядом с этим богатством.
Падший отложил ткани в сторону и начал перебирать одежду, подбирая себе необходимое. Хорошо было бы помыться, перед тем как переодеться, но, во-первых, негде, во-вторых, некогда. Это однако совершенно не повысило архидемонического настроения. Велиал отложил два комплекта горничной и льняной мужских рубах, коричневые шелковые порты, малиновый пояс-гашник, кушак, болкатые зипуны и червчатый большой кафтан. Нашел он и сапоги с высокими прежниками и атласным поднарядом из хорошей выделанной кожи. Последними достал шапки из тонкого сукна воронового цвета.
Велиал быстро переоделся и направился на встречу Анаразель, собираясь ее перехватить. Двигался он осторожно, прислушиваясь ко все возможным шорохам и звукам, чтобы не столкнуться с возвращающимися охранниками. Вскоре послышались шаги, и архидемон замер, вглядываясь в темную зелень леса. Лишь убедившись, что это Ани, он показался, выходя из-за своего укрытия.
- Переодевайся и пошли, - падший бросил ей одежду и, не задерживаясь ни минуты, направился вперед, в чащу. Некоторое время за спиной было тихо, но вскоре Анаразель его догнала, и, дабы пресечь возможные вопросы, он сказал, - Ты убила одного из охранников обоза, который мы с тобой видели. Судя по всему, охрана была в сговоре с разбойниками. Они собирались поделить награбленное, - Велиал похлопал по калите, висящей на его поясе. – Охранников было трое, и пока оставшиеся двое не вернулись, нам нужно уйти как можно дальше.
Следующие версты архидемон преодолевал молча, не произнося ни слова, лишь слушая бурчание и ворчание за спиной. Вскоре лес закончился, а перед ними расстилалось поле, вдалеке уже виднелась московская слобода. Невдалеке стоял большой стог свежескошенной травы. Именно здесь Велиал и собирался отдохнуть и встретить утро.
- Костер разводить не будем. Переночуем здесь, а утром двинемся дальше, - архидемон взбил стог, снял кафтан, разложил его, после чего удобно устроился под звездами.

сноски

вопречник – противник, супротивник, враг
тегиляй – защитное снаряжение второго сорта у татар и русских в XVI веке. Представляет собой толстый подбитый хлопчатою бумагою или пенькою стеганый кафтан длиною до колен из сукна. Имел короткий рукав и высокий ворот. Часто использовался как простейшая нижняя часть оборонительного доспеха воина, т.е. использовался вместо панциря или кольчуги под бахтерец или юшман.
калита – денежная сумка или мешок, закрывающийся сверху клапаном.
серебряная гривна и серебряный рубль (древнерусская гривна) – денежная и весовая единица на Руси и в некоторых других государствах Восточной Европы. Представляла собой небольшой палочкообразный слиток серебра весом до 200 гр., являющийся единицей русской монетной системы. Рубль – половина гривны.
Камка, камчатое полотно – шелковые и золотные ткани восточного происхождения.
Дамастовый лен – одноцветные полотна с крупными тканными узорами, производящиеся в Дамаске.
Китайка – камка китайского производства.
Дрогетовый бархат – самый простой из старинных узорчатых пушистых бархатов, с вытисненным узором.
Травчатый бархат – еще называют травным, бархат с растительным и цветочным орнаментом.
Бостер – средний по качеству гладкий бархат.
Киперный бархат – вид тяжелого дорогого бархата, китайского или итальянского производства.
Плис – хлопчатобумажная ткань из грубой ткани с ворсом, похожим на бархат.
Алача – шелковая и полушелковая простая турецкая ткань из скрученных нитей.
Пестрядь – грубая, льняная или хлопчатобумажная ткань из разноцветных ниток.
Киндяк – хлопчатобумажная ткань с набивным орнаментом.
Миткаль – суровая тонкая хлопчатобумажная ткань полотняного переплетения.
Кумач  - хлопчатобумажная ткань полотняного переплетения ярко красного, пунцового и иногда синего цвета.
Гарус – грубая ткань полотняного переплетения на каждой стороне которой набит одноцветный темный рисунок.
Объярь – шелковая ткань с поперечными рубчиками и волнистым отливом. Позже стала называться муаром.
Сермяга – грубое неокрашенное домотканое сукно.
Пояс-гашник – шнурок или поясок, продернутый в верхней части штанов.
Балкатый – черный цвет.
Червчатый – темно-алый с вкраплениями черного.
Прежники – голенища.
Поднаряд – подкладка в части сапога, обхватывающей объем до носка.

+2


Вы здесь » |Самая Сверхъестественная Ролевая Игра| » Countries & cities » 2.07.2009, Belial & Anarasel, Moscow, RU


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC